Влияние греческого на римское договорное право
Ярким примером греческого влияния на римское договорное право является принятие римским правом греческой системы задатков при совершении покупок {arrhd). Римляне, однако, первоначально восприняли факт получения задатка как свидетельство, подтверждавшее свершение сделки, в то же время греки рассматривали задаток в качестве акта, свидетельствовавшего лишь о самом начале сделки и, таким образом, обязывавшего купца и покупателя к ее продолжению. Эта строгая греческая норма позднее полностью перешла в римское право, затем, пережив эпоху Средневековья, в различных формах прочно утвердилась в европейском коммерческом праве.
В качестве другого примера можно привести институт римского права, имевший прямое отношение к кораблекрушениям и содержавший правила в виде формулы “locatio-conductio”. Римляне, конечно, назвали эти правила по-своему, и у них эти правила звучали уже как “lex Rhodia de jactu” (”родос-ский закон о сбрасывании”, т. е. сбрасывании имущества за борт с терпящего бедствие судна). Родос долгое время был важнейшим центром торговли на восточном побережье Средиземного моря. Однако, по всей вероятности, этот институт относился к сформировавшемуся на общих традициях средиземноморского судоходства морскому праву. В соответствии с родосским законом, если какое-либо судно потерпело в море кораблекрушение, например, в результате его посадки на мель, и для его спасения было необходимо выбросить в воду находившиеся на его борту товары, все, кому удалось спасти свои товары, обязаны были поделиться ими с остальными, т. е. пожертвовать частью своего спасенного имущества в пользу других. С юридико-технической точки зрения этот факт характеризовался тем, что он определялся в качестве договора о фрахте, т. е. формулой “locatio-conductio opens” (работа по соглашению), при этом капитан судна рассматривался в качестве лица, отвечавшего за выполнение такого соглашения. В этом случае пожертвовавшие в пользу других частью своего имущества пассажиры судна, т. е. владельцы этого имущества, выступали по отношению к капитану судна в качестве арендаторов (actio locati), в то время как капитан по отношению к тем, чье имущество оказалось спасенным, выступал в качестве “actio conducti”. Римские правила о кораблекрушениях до сих пор являются основой соответствующих норм как международного, так и национального морского права.
Ранее уже говорилось о том, каким образом претор, используя формулу “actiones fictitiae” (фиктивные действия), мог обновлять и совершенствовать гражданское право (jus civile) путем технических операций в рамках формулы; и в этом смысле он по-прежнему в принципе мог использовать те же методы и применительно к морскому праву, несмотря на то, что на практике правовые нормы обрели уже новое материальное содержание. Другой технический метод заключался в том, что претор просто-напросто мог изменить само название формулы. Именно благодаря этому и было создано два института: институт полномочий и институт передачи прав без согласия должника. Институт полномочий возник в связи с необходимостью предоставления капитану судна возможности, например, при ремонте судна заключать соответствующий договор с судоторговцем, у которого, в свою очередь, были соответствующие обязательства перед владельцем судна. Первоначально судоторговец должен был обратиться к капитану (часто вольноотпущеннику без больших доходов). Формула в этом случае выглядела следующим образом:
Судьей назначен Гай.
Если ты, судья, считаешь, что NN (капитан судна), который получил от АА (судоторговца) предметы первой необходимости для своего судна на общую стоимость в 50 000 сестерций и должен уплатить АА 50 000 сестерций, то ты, судья, должен присудить NN выплату этих 50 000 сестерций; если ты так не считаешь, то ты должен освободить NN (от притязаний АА). Претор изменил заключительную часть формулы (соп-demnatio - обвинение), в результате чего она получила совершенно иное звучание:
- то ты, судья, должен присудить Титию (судовладельцу) выплатить… - и т. л. Аналогичным образом поступал претор и в части, касавшейся передачи прав без согласия должника.
То, что мы здесь рассказали о нормах римского материального права, представляет собой лишь один из многочисленных примеров высокого уровня развития юридической техники и богатого разнообразия новых материальных юридических конструкций, которых римляне достигли в технике обвинительного права.